Ксенофоб  - Игорь Шенгальц

Я попросил высадить меня у гостиницы. Все деньги из портмоне я отдал бауэрам, но водитель поверил мне на слово, пообещав обождать десять минут.

Почти бегом, под удивленными взглядами консьержа и коридорных я поднялся на свой этаж.

Скинув с себя всю одежду, я вытерся полотенцем и быстро переоделся. Благо чистых вещей теперь у меня хватало. Хотя если я такими темпами продолжу их портить, то придется вновь вызывать портного. Оружие я, разумеется, взял с собой, а вот запасного переговорника у меня не было, так что я остался без связи, но внизу на стойке портье должен стоять стационарный аппарат.

Спустившись в холл, я вновь привлек к себе внимание персонала. Видно, меня только что обсуждали, потому что лица работников выглядели весьма заинтересованными.

– Принесите портфель из сейфа! – приказал я, игнорируя прочие взгляды.

Пока консьерж отправился исполнять желание странного постояльца, я придвинул к себе стационарный переговорник и набрал номер Грэга, но, кроме хрипов и потрескивания, ничего не услышал. На том конце никто не отвечал.

Неужели опоздал?..

– Слушаю, кто там? – Голос, раздавшийся в трубке, явно был детским, но из-за плохого качества связи я не разобрал, кто это, Адди или Дара.

– Это дядя Кирилл. Мне срочно нужна твоя мама! Позови ее, пожалуйста!

– Мамы нет дома, она будет позже. Что ей передать?

Эх, не везет, как не вовремя Элен решила прогуляться.

– Никому не открывайте дверь, кроме мамы! Это очень опасно! Я скоро буду. Ждите!

Я положил трубку на место. Консьерж как раз принес саквояж, я быстро проверил целостность замков, после чего вытащил пару пачек банкнот, выложил одну потоньше на стойку и приказал вернуть саквояж на место.

Консьерж только кивнул, уже ничему не удивляясь. Я направился к выходу, но тут консьерж опомнился:

– Господин Бреннер, вам тут оставили письмо!

Он извлек откуда-то небольшой конверт, запечатанный сургучной печатью. На конверте ровным почерком была выведена моя фамилия и название гостиницы. Имя отправителя указано не было.

– Кто принес?

– Мальчик-посыльный.

Я сунул конверт в карман – сейчас не до этого, позже прочту. Вряд ли там что-то срочное.

Водитель покуривал у мехвагена, время от времени поглядывая на двери отеля. Увидев меня, он щелчком выкинул окурок и полез в кабину.

Я щедро заплатил за оказанную помощь и попросил довезти меня до дома Грэга, и уже через полчаса мы были на месте.

Я вылез из кабины и побежал к дому по узкой кромке бордюра, очищенной от снега, обогнал шедшую впереди женщину, чуть не сбив ее с ног, но в последний момент успел подхватить, не дав ей упасть.

– Аккуратнее, господин хороший!

– Прошу меня извинить!.. Элен, слава всем богам, это ты!

– Кира? – Элен испуганно посмотрела на меня своими прекрасными глазами. – Что случилось? Почему ты здесь? Что-то с Грэгом?

– Он в порядке, надеюсь… Но сейчас речь не о нем. Срочно собирай детей, мы уезжаем!

Что мне всегда нравилось в Элен – в нужные моменты она умела собраться и действовать стремительно, не задавая лишних вопросов.

Уже через несколько минут она одевала детей, а я тем временем прошел в кабинет Грэга. «Где же то, что он спрятал?»

Сейф был приоткрыт, я заглянул туда для проформы, но внутри оказалось пусто. Ящики стола тоже открылись без ключей, но, кроме груды исписанных листов, я ничего в них не нашел.

Как же ты выглядишь, реликвия фогелей? Вряд ли это что-то большое, иначе Грэгу не удалось бы незаметно вынести ее с приема. Я спешно обшаривал кабинет, понимая, что вот так, на скорую руку, я не отыщу искомое.

– Кира, мы готовы!

Элен стояла в дверях, а за ее спиной переминались тепло одетые дети. Адди сильно вытянулся с тех пор, как я видел его в последний раз, Дара тоже выросла, но не так заметно.

– Сейчас, еще минуту. Это должно быть спрятано где-то здесь!

– А что ты ищешь? Деньги у меня, паспорта и драгоценности тоже.

– Мне нужна одна штука… странная такая вещица. Грэг, скорее всего, принес ее в дом тогда… в тот вечер…

Я замолчал, не зная, уместно ли при Адди вспоминать тот день.

Элен быстро обернулась на мальчика, но он был совершенно спокоен. Я подозревал, что после всего перенесенного им в жизни его вообще сложно чем-либо удивить или напугать.

– Нет, Кира, я ничего такого не видела… никаких посторонних предметов. Это очень важно?

– Чрезвычайно! Возможно, в этом предмете кроется первопричина всех нынешних проблем.

– Давай искать вместе. – Элен шагнула в комнату. – Я проверю полки, а ты посмотри в секретере слева.

– Мама, а дядя Кира не это ищет?

Дара нерешительно переминалась с ноги на ногу и скромно протягивала на ладони небольшой предмет.

Я быстро подошел к девочке. Предмет, который она держала, больше всего напоминал яйцо размером чуть крупнее куриного и черного цвета.

– Что это? – Я взял яйцо в руки, оно оказалось неожиданно тяжелым и теплым. Совершенно непонятно было, из какого материала оно сделано. Не металл, не дерево, не камень. Что-то иное… – Где ты это взяла?

– Это я нашел, – ответил вместо девочки Адди. – Оно выпало из кармана у папы, когда он меня душил. Я хотел позже ему вернуть, а его уже увезли. Оно такое красивое, я и отдал его Дарочке, пусть играет…

Все это он произнес совершенно спокойным тоном. Не мальчик – кремень!

Если это не потерянная реликвия фогелей, то я не знаю, что еще искать.

– Ты молодец, умница! Скажи мне одну очень важную вещь, малыш: ты все еще светишь?

Он прекрасно меня понял.

– Мой свет нужен, без него они не найдут дорогу к нам и не придут на помощь.

– О чем вы говорите, Кира? – удивилась Элен.

– Малыш, боюсь, ты должен перестать делать это, – продолжал говорить я, обращаясь к Адди. – Плохие существа летят к нам на твой свет. Они не несут помощь, они хотят причинить нам зло. На какое-то время маяк должен быть погашен. Ты меня понял? Ты можешь это сделать?

– Я понял вас, дядя Кира. Я и сам подозревал. Что-то было не так. Я все сделаю сегодня же. Маяк закрывается, дядя Кира.

Я ему поверил, этот мальчик знает, о чем говорит, и слов на ветер не бросает. Вот только не поздновато ли он спохватился?..

– Договорились. А теперь уходим!

Оглядываясь по сторонам, мы вышли из дома. Я остановил крытый экипаж, и уже через несколько минут мы стремительно неслись по улицам, удаляясь от дома Грэга. Я опередил дядю Отто в этот раз, но только по той причине, что он считал меня покойником. Пусть думает так и дальше. Мне это лишь на руку.